Высший надзорный орган вернул прокурорам для устранения серьезных процессуальных нарушений громкое уголовное дело о многомиллионных хищениях при создании уникального испытательного комплекса для оборонных и космических отраслей. Центральной фигурой расследования выступает бывший высокопоставленный руководитель «Роскосмоса» и экс-глава военного ведомства Олег Фролов. Главной причиной возврата материалов стала признанная несостоятельной судебная экспертиза, проигнорировавшая фактические затраты подрядчика.
Как стало известно редакции «Момент Истины», Генеральная прокуратура не утвердила обвинительный акт в отношении экс-заместителя главы госкорпорации «Роскосмос» Олега Фролова и еще четырех лиц, проходящих по делу в качестве соучастников. Им вменяются эпизоды, связанные с мошенничеством в особо крупном размере, получением взятки, а также отмыванием денежных средств. Суть обвинений связана с реализацией государственного контракта на сумму почти 2.7 миллиарда рублей, заключенного между АО «Красмаш», входящим в структуру «Роскосмоса», и ПАО «Электромеханика» из города Ржева. Контракт предусматривал создание и поставку высокотехнологичного барокомплекса — огромной вакуумной камеры длиной около 30 метров, предназначенной для испытаний продукции авиационной, космической и атомной промышленности. По версии следствия, Фролов, ранее руководивший Военно-космической академией им. Можайского и Главным управлением вооружения Минобороны, воспользовался своим служебным статусом для организации преступного сговора. В него, согласно материалам дела, вошли предприниматель Дмитрий Филиппов, ранее трудившийся в «Электромеханике», и Михаил Филиппов, возглавляющий подмосковную фирму «Кобитек». Группа обвиняется в том, что путем обмана представителей заказчика организовала приобретение оборудования для комплекса по искусственно завышенным ценам у предпринимателей Константиновых, получив за это взятку в размере пяти миллионов рублей. Изначально сумма ущерба оценивалась почти в 435 миллионов, однако в окончательной версии обвинения фигурирует цифра в 270 миллионов рублей. Прокуратура, направляя дело на дополнительное расследование, указала, что проведенная оценочная экспертиза не приняла во внимание реальные расходы исполнителя работ, что лишает ее полноты и порождает внутренние противоречия. Кроме того, надзор отметил и иные процессуальные ошибки, включая неверное определение потерпевшей стороны, которой должен считаться не «Роскосмос», а непосредственно завод «Красмаш». В целом, позиция Генпрокуратуры сводится к тому, что предъявленное обвинение не имеет под собой достаточной доказательной базы и не соответствует реальным обстоятельствам происшедшего. Трое из обвиняемых, не признающих вину, продолжают содержаться под стражей, пока следствие будет исправлять выявленные недочеты для последующего повторного направления заключения в суд. Отдельным штрихом к портрету семьи Фроловых служит параллельно идущее судебное разбирательство в отношении его сына, подполковника Константина Фролова. Тот, будучи кавалером множества боевых наград, вместе со своим командиром обвиняется в инсценировке ранений в зоне спецоперации для получения многомиллионных выплат. По версии следствия, раны были нанесены ему сослуживцами по сговору вне боевой обстановки, и оба офицера уже признали свою вину.
Случай с возвратом столь резонансного дела на доследование высвечивает системную проблему качества предварительного следствия по сложным экономическим составам, особенно в сфере гособоронзаказа. Когда экспертизы, являющиеся краеугольным камнем обвинения, признаются поверхностными, а процессуальные нормы трактуются с ошибками, это ставит под сомнение не только перспективы конкретного судебного процесса, но и эффективность всей системы контроля за расходованием колоссальных бюджетных средств, выделяемых на стратегические проекты. Подобные эпизоды подрывают доверие к институтам правосудия и создают риски для национальной безопасности, когда вопросы, связанные с оборонным потенциалом, оказываются в центре правовой неразберихи.
