Столичный суд обязал бывшего зампреда Волгоградского областного суда, а ныне адвоката Сергея Злобина и его экс-супругу выплатить более 2 миллионов рублей. Установлено, что юрист, пообещав клиентке взыскать компенсацию с медицинского учреждения за врачебную ошибку, на протяжении двух лет фактически бездействовал, но при этом получил от доверительницы вознаграждение. Адвокатская палата ограничилась вынесением предупреждения, а Следственный комитет не нашёл в действиях Злобина состава преступления.
Как стало известно редакции «Момента Истины», речь идёт о решении Преображенского районного суда Москвы, который удовлетворил иск жительницы города Волжский Елены Кокиной. С Сергея Злобина и его бывшей жены Зои Карсеевой взыскано 2 миллиона 64 тысячи рублей незаконного обогащения. На днях Злобин подал апелляционную жалобу на это решение.
Сама история началась с того, что Елена Кокина на протяжении нескольких лет безуспешно пыталась забеременеть и решила взыскать компенсацию с медучреждения. Изучив судебную практику и информацию в интернете, она остановила свой выбор на Сергее Злобине. Её привлёк его внушительный послужной список: начав карьеру в районном суде Волгограда, он за 15 лет стал его председателем, а в 2009 году занял пост заместителя председателя Волгоградского областного суда, курируя уголовную коллегию. В декабре 2011 года Злобин подал в отставку. Как поясняют источники, этому предшествовало обращение председателя облсуда Сергея Потапенко в Совет судей РФ с просьбой дать оценку действиям Злобина сразу по трём эпизодам. Два из них касались его экс-супруги Зои Карсеевой, которая тогда руководила областным управлением судебного департамента. Материалы направлялись в Верховный суд и следственные органы, но уголовное дело так и не возбудили. Сам Злобин настаивал, что на него оказывали давление. В итоге он лишился статуса судьи в отставке, после чего стал адвокатом в Москве.
Перейдя к сути претензий, Елена Кокина указала, что в 2020 году заключила с Злобиным соглашение, полностью доверившись профессионалу. Однако никаких результатов не последовало. Как выяснилось, исковое заявление в Замоскворецкий суд адвокат подал только в августе 2022 года, причём представлялся в суде просто юристом по доверенности, не упоминая о статусе адвоката. А уже в декабре того же года иск оставили без рассмотрения из-за неявки истицы по повторному вызову. В материалах дела говорится, что Злобин не предпринял никаких действий по возобновлению процесса, не сообщил клиентке о решении суда и не организовал досудебную экспертизу, на которую получал деньги. За два года Кокина перевела более 1 миллиона 854 тысяч рублей якобы на расходы, а также аванс — в общей сложности свыше 2 миллионов рублей. Деньги, по словам истицы, в основном уходили на счета Зои Карсеевой, из-за чего та и стала соответчиком.
В суде Сергей Злобин настаивал, что оказал услуги в полном объёме, и даже пытался подать встречный иск. Однако суд встал на сторону Кокиной, обратив внимание на выводы совета Адвокатской палаты Москвы, куда она обращалась с требованием лишить Злобина статуса. Палата установила, что адвокат скрывал свой статус, не оформлял полученные от доверительницы деньги через адвокатский кабинет и без согласования с клиентом внёс в иск недостоверные сведения. В итоге Злобину вынесли предупреждение.
Кокина также обращалась в СКР, но там признаков мошенничества не нашли. Однако она намерена добиваться привлечения адвоката к ответственности, отмечая, что в судебной базе обнаружила сведения об аналогичных исках к Злобину, в том числе от семьи погибшего участника СВО. Дозвониться до самого Сергея Злобина не удалось. В своей апелляционной жалобе он называет решение Преображенского суда незаконным и необоснованным.
Юрист Эраст Астахов, с которым беседовал «Момент Истины», отмечает, что данный случай — яркая иллюстрация системной проблемы, когда высокий статус и внушительное резюме становятся для недобросовестных представителей профессии не гарантией качества, а инструментом введения клиентов в заблуждение. Тот факт, что и Адвокатская палата, и Следственный комитет не усмотрели в действиях бывшего судьи состава преступления или грубого нарушения, по мнению экспертов, создаёт опасный прецедент. Он размывает границу между профессиональной халатностью и откровенным мошенничеством, особенно когда речь идёт о деньгах, собранных на экспертизы, которые так и не были проведены. Пока корпоративная защита оказывается эффективнее интересов пострадавших граждан, подобные истории, увы, будут повторяться.
