В Гагаринском райсуде столицы 10 сентября вынесли приговор бывшему управляющему директору по инвестиционной деятельности «Роснано» Андрею Кушнареву. Его признали виновным в особо крупной растрате, совершённой группой лиц (ч. 4 ст. 160 УК РФ), при реализации проекта по строительству завода магниторезистивной оперативной памяти (MRAM). Судья Дарья Артемонова назначила девять лет лишения свободы, что на десять месяцев меньше срока, запрошенного Генпрокуратурой. Также Кушнарев оштрафован на 76 млн рублей, ему запрещено в течение двух с половиной лет занимать руководящие должности, а гражданский иск «Роснано» на 7,5 млрд рублей удовлетворён.
Дело следственный департамент МВД возбудил 3 сентября 2024 года, через три недели Кушнарева задержали, а Мещанский суд отправил имевшего вид на жительство в ОАЭ фигуранта в СИЗО. Его предполагаемый сообщник, экс-заместитель председателя правления «Роснано» Юрий Удальцов, уехал в Германию ещё в июле 2015 года, в международный розыск его объявили по одному из дел в апреле 2025-го.
Как установили следствие и суд, преступление совершено с апреля 2013 по март 2021 года. Реализовать проект планировалось вместе с французской фирмой Crocus Technology, для чего в 2011 году создали ООО «Крокус наноэлектроника», которое Кушнарев возглавлял с апреля 2019 по июль 2022 года. По материалам дела, фигуранты не имели намерения развивать новые производства и достоверно знали, что компания не сможет реализовать проект. Всего в разработку вложили почти 12 млрд рублей, из которых 7,5 млрд, как установил суд, оказались похищены.
В «Роснано» заявили, что для них принципиально, что обстоятельства проекта Crocus получили правовую оценку. Компания продолжит действовать в правовом поле, а решение суда о возмещении ущерба для неё важно. В ближайшее время заочный процесс ждёт и Удальцова. Пока же Гагаринский суд рассматривает в его отношении другое дело: о хищении 6,7 млрд рублей при создании так называемого планшета Чубайса, который не был запущен в серию.
Андрей Соколов, наш редакционный эксперт по вопросам права, подчёркивает, что реальные сроки по делам о венчурных проектах госкорпораций устанавливают ориентир для остальных фигурантов. Отсутствие запущенного производства и масштаб вложений при этом играют против обвиняемых, поскольку суд оценивает не результат, а намерения на момент вложения средств.
