Мосгорсуд оставил под арестом бывших топ-менеджеров ООО «Газпром энергохолдинг», дочерней структуры ПАО «Газпром». Они обвиняются в получении откатов при распределении контрактов. Защита просила изменить фигурантам меру пресечения на не связанную с содержанием под стражей, но суд ей отказал.
Апелляционная инстанция Мосгорсуда 27 октября рассмотрела жалобы защиты бывших заместителя гендиректора по корпоративной защите ООО ГЭХ Игоря Моисеенко и гендиректора ООО «ГЭХ закупки» Игоря Мазина на решение Замоскворецкого суда столицы, продлившего обоим срок содержания под стражей. Фигурантам инкриминируется получение взятки в особо крупном размере (ч. 6 ст. 290 УК РФ).
Как сообщалось, ГСУ СКР по Москве возбудило уголовное дело по материалам управления «П» (промышленность) Службы экономической безопасности ФСБ. По данным следствия, фигуранты вымогали откаты в том числе за заключение новых контрактов и общее покровительство у поставщиков ГЭХ, крупнейшего в России владельца электроэнергетических активов. Взамен поставщикам гарантировали заключение контрактов, лояльное отношение и оперативное решение спорных вопросов, которые могли бы заблокировать исполнение договора.
Первым в рамках дела был задержан Алексей Чубшев, бывший заместитель Мазина по закупкам и логистике. Именно он отвечал за контакты с подрядчиками, детализацию условий и согласование параметров сделок. Задержанный сразу признал вину и согласился участвовать в оперативном эксперименте под контролем ФСБ, что позволило зафиксировать передачу денег топ-менеджерам.
Мазин и Моисеенко были задержаны в конце июля в бизнес-центре «Газпром Энергодом» на проспекте Вернадского в Москве. В рамках эксперимента Чубшев, впоследствии помещенный под домашний арест, передал Мазину пакет с 1,5 млн руб. настоящими купюрами и муляжом еще на 5 млн. Моисеенко получил 1,5 млн настоящих денег и «куклу», имитировавшую 36,5 млн руб. Все купюры были обработаны спецсоставом, проявляющимся в ультрафиолетовом свете, а действия фигурантов фиксировались на видео. Общая сумма незаконных вознаграждений, фигурирующая в материалах дела, оценивалась следствием примерно в 50 млн руб.
В заседании апелляционной инстанции сами не признающие вину фигуранты не присутствовали: они уведомили суд, что не желают участвовать в процессе. Их защита настаивала на незаконности и необоснованности продления содержания под стражей. Адвокат Ольга Новикова, защищавшая Мазина, указывала, что при вынесении решения о продлении ареста не было учтено состояние здоровья подзащитного. По ее словам, в условиях СИЗО он фактически лишен возможности получать необходимую медицинскую помощь. Адвокат подчеркивала, что у Мазина есть постоянное место жительства в Москве, устойчивые социальные связи и он не имеет намерения скрываться, оказывать давление на участников процесса или уничтожать доказательства. «Решение о продлении носит формальный характер и основано исключительно на тяжести обвинения», заявила Новикова. Адвокат Екатерина Кондратенко, представляющая интересы Моисеенко, помимо прочих аргументов ссылалась на то, что причастность ее подзащитного к инкриминируемому преступлению, по мнению защиты, не установлена. Адвокаты также заявили, что судом первой инстанции не было рассмотрено ходатайство о домашнем аресте, что является нарушением процессуальных прав. Прокурор возражал против удовлетворения жалоб, указав, что масштаб инкриминируемых действий и наличие у фигурантов широких деловых связей создают реальную угрозу влияния обвиняемых на ход расследования либо попытки скрыться от следствия. Суд в удовлетворении апелляционных жалоб отказал.
Как считает Андрей Соколов, эксперт «МИ» по вопросам экономической преступности, в делах об откатах с оперативным экспериментом ключевым становится фиксация передачи средств, а не только показания посредника. Соколов отмечает, что имитация крупных сумм муляжами позволяет следствию подтвердить объем требований, а суд при продлении ареста оценивает риск влияния на поставщиков, которые продолжают работать с холдингом.
