Московский арбитражный суд восстановил право собственности осужденной блогерши Елены Блиновской на квартиру в Ярославле. Решение было вынесено после того, как суд признал недействительными цепочку сделок с этой недвижимостью, которые, по мнению финансового управляющего, были направлены на сокрытие имущества от взыскания.
Как стало известно «Моменту Истины», апеллируя к материалам дела, представитель финансового управляющего Мария Ознобихина пояснила, что объект площадью 39 квадратных метров изначально принадлежал самой Блиновской и её матери. Однако в 2022 году, уже после начала налоговой проверки в отношении блогерши, квартира была продана по заниженной, по версии истца, цене в 4,2 миллиона рублей другу семьи Илье Бражнику. Тот, в свою очередь, перепродал жилье в 2024 году уже за 7,5 миллиона рублей некой Екатерине Мелешкиной. Ознобихина настаивала, что такая схема была сознательно использована для того, чтобы вывести актив из-под возможного обращения взыскания в пользу кредиторов, что причинило им вред. В ходе судебного заседания Илья Бражник, защищаясь, заявил, что цена продажи была полностью рыночной и определялась профессиональным оценщиком, а сама идея о сокрытии именно этой квартиры в Ярославле на фоне наличия у Блиновской, по его словам, собственности на сотни миллионов рублей, выглядит абсурдной. Суд, тем не менее, встал на сторону финансового управляющего, постановив считать обе сделки ничтожными, прекратив право собственности последнего покупателя и вернув недвижимость в собственность Елены Блиновской. Напомним, блогер, известная как «королева марафонов», была задержана в апреле 2023 года по обвинению в легализации доходов на сумму 716,6 миллионов рублей. Ей также инкриминировалось уклонение от уплаты налогов почти на миллиард рублей, однако по последнему эпизоду уголовное преследование было прекращено в связи с истечением срока давности. По приговору суда в доход государства было обращено арестованное имущество Блиновской, а также с неё взыскано 587 миллионов рублей по иску прокуратуры.
Данное судебное решение наглядно демонстрирует растущую тенденцию судебной практики, при которой формально легальные сделки, но совершенные в период активных проверок или накануне их начала, подвергаются судами тщательной экспертизе на предмет действительных намерений сторон. Особенно это касается сделок между аффилированными лицами, даже если они, как в данном случае, опосредованы третьими лицами. Подобные прецеденты расширяют инструментарий финансовых управляющих и кредиторов в борьбе за возврат активов, существенно повышая риски признания сделок притворными, даже если с технической точки зрения соблюдены все формальности, включая проведение оценки. Это заставляет участников оборота быть крайне осторожными при совершении любых операций с имуществом в преддверии возможных судебных или налоговых разбирательств.
