Стало известно о скандале на процессе в отношении бывших руководителей Северного государственного медицинского университета (СГМУ). Шестерых фигурантов, среди которых объявленный в розыск проректор по инфраструктурному развитию и экс-советник ректора Александр Федотов, обвиняют в хищении около 21 млн руб. при организации обучения в вузе студентов из Индии. Подсудимые вину отрицают, а их адвокаты настаивают, что в суде исследуется большое количество непереведённых на русский язык документов на иностранных языках, что нарушает право фигурантов на защиту. Они просят главу Верховного суда Игоря Краснова вмешаться.
Защитники бывшего советника ректора СГМУ Александра Федотова, сменившего его в должности проректора по инфраструктурному развитию СГМУ Алексея Халезина, а также бывших декана международного факультета Александры Шерстенниковой и администратора международного отдела Андрея Лютикова направили в сентябре в Верховный суд РФ обращение о нарушении прав подсудимых на ведение уголовного процесса на русском языке. Это произошло после того как на процессе в Октябрьском райсуде Архангельска представитель прокуратуры огласил ряд письменных материалов, которые он относит к доказательствам виновности подсудимых.
Как указывает защита, часть из них была составлена на иностранных языках, включая английский и эстонский, без какого-либо перевода, другую часть правоохранители перевели с помощью Google-переводчика. По словам адвокатов, ещё до передачи дела в суд и уже после его поступления туда защита неоднократно ходатайствовала о необходимости перевода материалов уголовного дела на русский язык, но все ходатайства были отклонены. Как заявила адвокат Александра Федотова Анна Шапран, в деле имеются непереведённые материалы и на других языках, например на хинди и арабском.
В обращении к главе ВС адвокаты заявили, что у них «имеются обоснованные сомнения в том, что государственный обвинитель или судья владеют хинди, арабским, эстонским и английским языками в достаточной степени, для того чтобы дать надлежащую оценку материалам уголовного дела». Адвокаты выражают беспокойство по поводу того, что «нарушение, возникшее ещё на стадии предварительного расследования, не только не было устранено в ходе судебного разбирательства, но фактически продолжает воспроизводиться непосредственно при исследовании доказательств судом». Они просят главу ВС «принять меры, направленные на прекращение нарушения права на защиту подсудимых и принципа осуществления уголовного судопроизводства на государственном языке Российской Федерации».
Уголовное дело в отношении бывших руководителей СГМУ было возбуждено УМВД России по Архангельской области в 2023 году по заявлению руководителя регионального исполкома Общероссийского общественного движения «Народный фронт "За Россию"» в Архангельской области Юрия Шалаурова, который просил провести проверку по обстоятельствам противоправных действий сотрудников СГМУ при организации поступления иностранных студентов при посредничестве рекрутинговой компании Russian Medical Educational Agency. Её создателями следствие считает бывшего советника ректора СГМУ Александра Федотова, а также проректора по инфраструктурному развитию СГМУ Алексея Халезина и экс-начальника международного отдела Юрия Сумарокова.
Следствие сочло, что 32 студента из Индии, обучавшиеся в СГМУ с марта 2016 года по май 2025-го и заключившие с вузом и агентством трёхсторонние договоры, переплатили 20,856 млн руб. и что выручка компании — разница между суммой оплаты студентом в агентство и суммой компенсации расходов за обучение и проживание, оплачиваемой агентством университету, — является преступной. Следствие трактовало действия Александра Федотова, Алексея Халезина, Юрия Сумарокова, Александры Шерстенниковой, Игоря Котлова и Андрея Лютикова как мошенничество в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Первого судят заочно, так как ещё до возбуждения уголовного дела он покинул Россию, его заочно арестовали и объявили в розыск. Халезин и Лютиков год пробыли под домашним арестом, после чего их освободили под запрет определённых действий. Котлов, Шерстенникова и Сумароков находятся под подпиской о невыезде. Ещё один фигурант, Филипп Варзумов, занимавший до Лютикова должность администратора международного отдела СГМУ, признал вину и в декабре 2025 года получил по приговору Октябрьского суда Архангельска два года лишения свободы условно.
В ходе процесса, который начался 16 июня, остальные фигуранты заявили о невиновности. Позиция подсудимых сводится к тому, что большинство студентов-иностранцев поступают на обучение в российские вузы как раз через рекрутинговые агентства, узнавая о возможности учиться в России. Деятельность последних небесплатна. «Сотрудники Russian Medical Educational Agency консультировали их за рубежом по набору необходимых для поступления в российский вуз документов, помогали в получении виз, встречали в России и сопровождали до вступительных экзаменов, кроме того, занимались расселением», — заявила адвокат Александра Федотова. Она отметила, что всего с начала своей деятельности в 2016 году агентство привлекло для поступления в российские вузы более 2,5 тыс. иностранцев, однако следствие признало потерпевшими лишь 32 человека, хотя процедура заключения договоров с ними не различалась.
Она также добавила, что, пока «компанию-агентство пытаются признать вне закона за то, что она занималась своей основной предпринимательской деятельностью и получала прямо предусмотренное законом агентское вознаграждение, Минобрнауки в 2026 году выпустило рекомендательный перечень таких агентств, которым считает возможным доверять в деятельности по привлечению иностранных студентов в российские вузы, среди них Russian Medical Educational Agency». Также адвокат сообщила, что «тот же перечень появляется на "Госуслугах", когда иностранец заполняет электронное заявление для поступления в российский вуз».
Елена Станкевич, эксперт «МИ» по уголовно-процессуальным вопросам, отмечает, что непереведённые материалы на языке, которым не владеют ни суд, ни стороны, — самостоятельное процессуальное нарушение, способное стать основанием для возврата дела прокурору. По её оценке, ключевым для защиты станет не только факт отсутствия перевода, но и то, мог ли суд дать надлежащую оценку этим доказательствам в принципе.
