Защита бывшего заместителя гендиректора ГК «Роскосмос» Олега Фролова обратилась с заявлением о преступлении в ГСУ СКР по Москве. Адвокаты требуют привлечь к уголовной ответственности следователя, который ведет дело о махинациях при создании уникального барокомплекса. По данным защиты, представитель СКР, несмотря на заключение медкомиссии и судебное решение, не освобождает из СИЗО их смертельно больного доверителя, в связи с чем в действиях участника расследования усматриваются признаки незаконного лишения свободы (ст. 127 УК).
Серьезные проблемы со здоровьем у 64-летнего Олега Фролова выявили в июле нынешнего года, через несколько дней после того, как Басманный суд Москвы в очередной раз продлил ему срок содержания под стражей. 13 августа консилиум врачей клинического центра «Коммунарка» констатировал у содержащегося в СИЗО «Матросская Тишина» фигуранта рак четвертой стадии, из-за чего он начал испытывать сильные боли. Поскольку диагноз попадает в перечень болезней, препятствующих содержанию под стражей, защита обратилась к следователю с ходатайством об освобождении, приложив заключение медиков. Тот в изменении меры пресечения отказал, сославшись на отсутствие официального медицинского заключения из СИЗО. 27 августа Басманный райсуд, установив, что с заключением специалистов «Коммунарки» следователь был ознакомлен, признал его бездействие незаконным, обязав «устранить допущенные нарушения». Однако Фролов остается в СИЗО. «Проведение специфической противоопухолевой терапии не представляется возможным»,— говорится в сообщении медсанчасти изолятора. Из-за состояния здоровья бывший замруководителя «Роскосмоса» остается единственным из четырех фигурантов, кто не ознакомился с материалами дела.
Речь в нем идет о хищениях при реализации госконтракта на создание барокомплекса для испытаний различных изделий в интересах космической, авиационной и атомной отраслей. Агрегат представляет собой технологический узел с герметичной испытательной вакуумной камерой размером около 30 м в длину и более 4 м в ширину. Его уникальность в том, что он «объединяет в себе функции сразу нескольких высокоточных приборов и устройств, необходимых для производства изделий в сфере авиастроения, атомно-энергетической, ракетно-космической и других наукоемких отраслях производства». В 2019 году заказчик работ в лице входящего в «Роскосмос» АО «Красноярский машиностроительный завод» («Красмаш») заключил контракт стоимостью 2 млрд 700 млн руб. с ПАО «Электромеханика». В его рамках последнее должно было выполнить комплекс строительно-монтажных и пусконаладочных работ с приобретением монтируемого оборудования. После изготовления агрегат отправили на предприятие.
По версии СКР, генерал-лейтенант запаса Фролов, ранее возглавлявший Военно-космическую академию им. А. Ф. Можайского и Главное управление вооружения Минобороны, а в 2018 году ставший исполнительным директором «Роскосмоса» по реализации оборонных программ, используя служебное положение, вступил в преступный сговор с предпринимателем Дмитрием Филипповым и его однофамильцем Михаилом Филипповым, директором ООО «Кобитек». В ходе исполнения контракта они, говорится в деле, «введя в заблуждение представителей заказчика», при закупке оборудования похитили бюджетные средства. Изначально речь шла о хищении 435 млн руб., но следствие остановилось на ущербе в 270 млн руб.
Также в СКР пришли к выводу, что Фролов за взятку в 5 млн руб. пролоббировал интересы предпринимателей отца и сына Константиновых, дав указание гендиректору «Красмаша» закупить у них комплектующие по завышенной цене. Фигурантам вменили мошенничество, взяточничество и легализацию (ч. 4 ст. 159, ч. 6 ст. 290 и ч. 4 ст. 174.1 УК РФ). Предпринимателей Константиновых в связи с деятельным раскаянием от ответственности за дачу взятки освободили, им придется отвечать только за мошенничество. Оба, в отличие от остальных обвиняемых, находятся под запретом определенных действий.
В марте 2026 года Генпрокуратура отказалась утверждать обвинительное заключение, вернув его следствию для устранения нарушений. Самое существенное связано с тем, что в оценочной экспертизе не были учтены фактические расходы исполнителя при реализации контракта, из-за чего «она не имеет достаточной ясности, полноты и противоречива». По мнению надзорного органа, обвинение «не основано на фактических доказательствах и не соответствует фактическим обстоятельствам». В рамках доследования провели новую экспертизу, установившую, что барокомплекс с учетом монтажа обошелся государству как минимум не выше рыночной цены. «Таким образом, говорить о каком бы то ни было хищении путем мошенничества и, соответственно, легализации денежных средств, полученных преступным путем, никаких оснований нет»,— заявил один из защитников Фролова. Что касается эпизода со взяткой, защита утверждает: в нем присутствуют лишь абстрактные формулировки, а гендиректор «Красмаша» не подтвердил сам факт получения каких-либо указаний от Фролова.
Как полагает Артем Кирьянов, эксперт «Момента Истины» по правовым вопросам, ситуация с Фроловым обнажает конфликт между процессуальной логикой и гуманитарными основаниями. Даже признанное судом незаконным бездействие следователя не привело к освобождению тяжелобольного фигуранта, что ставит вопрос о реальной исполнимости медицинских гарантий в СИЗО.
