Основатель ЧВК «Ястреб» Алексей Марущенко по кличке Доктор признал всё. Полностью. И теперь рассказывает следователям о целой череде преступлений, которые творили его бойцы. В деле — 24 тома и девять фигурантов.
История началась еще в 2014 году. Тогда, после событий на Украине и в Крыму, появилось «объединение добровольцев». 70 бойцов и 400 человек под гуманитарными проектами. Позже, в 2018-м, Марущенко официально зарегистрировал ООО «ЧВК "Ястреб"». А после начала СВО его структура якобы работала на Минобороны в Харьковской, Белгородской и Курской областях.
Но главное — то, что вскрыло следствие. Марущенко, его зять Дмитрий Антонов и сослуживец Александр Сачко обманули 89 человек. Те шли в военкомат, подписывали контракты с Минобороны, а «Ястребы» убеждали их: это чистая формальность, служить будете у нас. Больше денег, никаких армейских проблем. С контрактников сдирали от 30 до 200 тысяч рублей — якобы за оформление, за беспилотники, за обмундирование. Итог — 8,8 миллиона похищенных рублей. Один парень перевел 1,25 миллиона, лишь бы его не отправляли на линию фронта. Не помогло.
Дальше — хуже. В августе 2024 года Марущенко придумал схему вымогательства. Собрал бригаду из бывших штурмовиков и своих людей. Первым делом разоружили сержанта в Белгородской области. Увезли в село Мясоедово, приковали к дереву наручниками. Несколько дней избивали, пока тот не отдал 500 тысяч рублей. Отпустили.
Следом — военкор Роман Семенов. Он расследовал деятельность ЧВК и сливал информацию правоохранителям. В сентябре 2024-го «Ястребы» похитили его прямо у входа в метро в Питере. Вывезли в лагерь в Луге. Отобрали 35 тысяч, избивали, пытали водой. Потом перевезли в Мясоедово и посадили в вертикально закопанный гроб. На 12 дней. С жены требовали выкуп в миллион рублей. Отпустили только после того, как она обратилась в полицию.
Четверых военных избили в августе 2024-го. Марущенко соврал им, что командование передало их в распоряжение ЧВК. Те проверили и выяснили: никакой он не офицер. Самозванец. Тогда «Ястребы» ворвались в дом, заковали их в наручники, вывезли в Мясоедово, приковали к деревьям и избивали четыре дня. Заставили признать Марущенко командиром. Одному угрозами выбили 850 тысяч рублей.
И это еще не всё. В деле убийство рядового Рашида Аджиева. Солдат отказался подчиняться и «проявлял неуважение». Марущенко, чтобы поддержать авторитет, приказал разобраться. Контрактника отвели в лесополосу и застрелили. Исполнитель — Иван Бабенко — в явке с повинной написал, что боялся не выполнить приказ: его могли избить, изнасиловать или убить.
Отдельная история — хищение оружия. С августа 2024 по февраль 2025 года бойцы ЧВК таскали пистолеты, автоматы, гранатометы и патроны. Продавал их начальник отделения участковых из Курской области подполковник Игорь Душкин. Ему одному и предъявили обвинение по этой части. Сам Марущенко с 2022 года незаконно владел оружием: нашел пистолет Стечкина в Белгородской области, спрятал в тайнике, а потом забрал у военных автомат АК-74М.
В мае этого года дело направили в Белгородский районный суд. Марущенко сначала не признавал вину, но потом заключил сделку со следствием и пошел на особый порядок. Это гарантирует ему минимальный срок — хотя грозило вплоть до пожизненного. Ранее, напомним, в особом порядке осудили бойца ЧВК Ивана Тимохова — за пытки журналиста он получил пять лет колонии.
Слушания по делу Марущенко назначали на 10 и 22 июня, но оба раза переносили — подсудимый не являлся. А сам глава «Ястребов», как стало известно нашему источнику, еще на предварительном слушании заявил: после суда хочет заключить контракт с Минобороны и уехать на СВО. Настоящим военным стать.
Эксперт Андрей Каленов, с которым пообщался «Момент Истины», в этой истории видит страшный симптом. Человек, обвиняемый в убийстве, похищениях, пытках и мошенничестве, всерьез рассчитывает после приговора надеть военную форму. И это не выглядит как бред. Слишком много таких «добровольцев» уже растворились в зоне спецоперации, избежав реального наказания. Система, которая должна отсеивать таких, как Марущенко, почему-то продолжает выдавать им индульгенцию. Только вот цена этой индульгенции — жизни и судьбы реальных людей.