Отец трагически погибшего весной 2024 года оперного певца Евгения Кунгурова обратился в Генпрокуратуру с просьбой выяснить судьбу 14 концертных костюмов сына и пары дорогих наручных часов — подарков от главы Чечни Рамзана Кадырова и министра внутренних дел Владимира Колокольцева. По словам заявителя, 71-летнего военного пенсионера Виктора Кунгурова, его сын не покончил с собой, а стал жертвой убийства, замаскированного под суицид, — а перечисленные вещи попросту похищены.
Жалобу отец артиста подал 18 июля — в этот день Евгению Кунгурову могло бы исполниться 43 года. Родные и близкие в этот день традиционно собираются на траурные мероприятия в городе Заречном Свердловской области, где певец родился и где годом ранее на его могиле открыли памятник; в этот раз проститься пришло около полусотни человек.
Адвокат Виктора Кунгурова Евгений Черноусов пояснил «Момент Истины», почему семья вновь обратилась именно в прокуратуру, а не в другие инстанции: только после вмешательства ее сотрудников расследование гибели артиста в свое время сдвинулось с мертвой точки. Следственный комитет уже дважды отказывал в возбуждении уголовного дела, поэтому с просьбой проверить новые факты потерпевший обратился лично к генпрокурору Александру Гуцану.
Как уточнил адвокат, в жалобе идет речь о двух парах часов. Одни, стоившие, по словам отца артиста, порядка $75–80 тыс., подарил Рамзан Кадыров — Кунгуров стал заслуженным артистом Чечни еще в 2014 году и надевал эти часы лишь по официальным поводам. Вторую пару подарил Владимир Колокольцев: в 2019 и 2023 годах певца отмечали нагрудным знаком «За содействие МВД» и медалью «За вклад в укрепление правопорядка».
Кроме часов, по словам Виктора Кунгурова, с полки в спальне сына пропали его паспорт, диплом об окончании консерватории и копия свидетельства о рождении — оригинал документа был утерян ранее. В обращении также упоминаются исчезнувшее со стены благодарственное письмо от президента России «за особый вклад в реализацию приоритетных проектов», портмоне с двумя банковскими картами и, наконец, 14 концертных костюмов из шкафа.
Отдельный сюжет жалобы касается разговора отца погибшего с его вдовой Ириной Мелединой сразу после трагедии: та якобы рассказывала, что «убиралась в квартире», но ни о каких вещах или документах не упоминала — зато сообщила, что помещение никто не опечатывал, а ключи от него лежали рядом с телом артиста на асфальте под окнами дома.
По словам представителя Кунгурова-старшего, речь идет о еще одном преступлении — краже в особо крупном размере, и соответствующие заявления направят в полицию и Следственный комитет. Прокуратуру же снова просят добиться активизации расследования гибели артиста и передать все материалы из районного звена в центральный аппарат СКР — для объективности.
Напомним: 40-летний солист Калининградского музыкального театра, заслуженный артист России, погиб 8 апреля 2024 года в Москве. Его тело обнаружили под окнами дома на Зоологической улице, где артист с супругой снимал квартиру на девятом этаже. Следователи дважды — в мае 2024-го и декабре 2025 года — отказывали в возбуждении дела, считая произошедшее суицидом, и лишь спустя почти два года начали расследование по статье о доведении до самоубийства. Отец и адвокат артиста настаивают на версии убийства в квартире с последующей инсценировкой суицида.
«Заявление о краже спустя более года после трагедии — ситуация непростая с точки зрения доказывания: за это время квартира могла неоднократно менять состояние, а установить точный момент исчезновения вещей будет крайне сложно. Тем не менее формальных препятствий для проверки такого заявления нет, и следствие обязано его рассмотреть наравне с основной версией»,— комментирует адвокат по уголовным делам Федор Трусов.
