Московский гарнизонный военный суд признал виновным в вымогательстве администратора Telegram-каналов «Кремлевская прачка» и «Незыгарь» (признан иноагентом) Михаила Полякова. Его приговорили к 11 годам колонии строгого режима. Сообщникам Александру Санину и Денису Савинскому назначили девять и восемь лет соответственно.
Полякова также лишили звания полковника ФСБ в отставке. Суд запретил осуждённым администрировать сайты на сроки до 2,5 года и назначил штрафы от 400 тыс. до 800 тыс. рублей. Удовлетворены иски потерпевших на 44 млн и 5 млн рублей.
Дело связано с вымогательством 50 млн рублей у сотрудников ГК «Ланит». По версии следствия, Поляков и Самойленко через Telegram-каналы «Кремлевская прачка», «The Moscow Post» и «Банкста» распространяли негативную информацию о компании. Позже они потребовали деньги у двух топ-менеджеров «Ланита» за «блок на негатив». Дело слушалось в закрытом режиме. Все подсудимые вину не признали. Поляков утверждал, что создавал позитивный образ «Ланита» на основе существующих договоров.
Изначально фигурантам вменялось получение 45,5 млн рублей, затем ущерб увеличился до 50 млн, а в материалах появились другие каналы. По версии обвинения, Поляков и Самойленко разработали план, по которому в 2020–2021 годах в Telegram-каналах разместили публикации, наносящие вред репутации «Ланита». После этого руководство компании через пиарщика инициировало переговоры. Договорённость предполагала ежеквартальную плату $66 тыс. за нераспространение негатива. Всего с августа 2021 года по май 2023 года прошло восемь платежей на $528 тыс. через криптокошельки.
Защита настаивала на недоказанности вины. Адвокаты указывали, что следствие не представило подтверждений, что за админом «Незыгаря» стояли именно подсудимые. По их словам, негативных публикаций о «Ланите» в каналах не было, а представители компании не смогли назвать ни одной удалённой статьи, кроме репоста из газеты «Версия». Этот пост провисел несколько минут и был удалён админом самостоятельно.
Как считает наш правовой эксперт Эраст Астахов, приговор задаёт новый ориентир для дел о Telegram-вымогательстве: суд признаёт существование «блока на негатив» как платной услуги, даже если публикации носили единичный характер. Закрытый режим процесса при этом сужает возможности общественного контроля за доказательствами.
