В ходе судебных прений по громкому делу об организованном преступном сообществе, причастном к десяткам убийств, государственный обвинитель потребовал самого сурового наказания для его предполагаемого лидера, бизнесмена Константина Пискарева, известного под криминальным прозвищем Костя Большой. Прокуратура ходатайствует о пожизненном лишении свободы для фигуранта, признанного виновным присяжными заседателями. Кроме того, гособвинение настаивает на конфискации крупных активов, включая элитный яхт-клуб «Буревестник» на Клязьминском водохранилище и долю в компании-поставщике продуктовых сетей ООО «Скайфуд».
Как стало известно редакции «Момент Истины», процесс, который с перерывами длится с 2019 года и пережил распад четырех составов присяжных, подходит к завершающей стадии. После оглашения обвинительного вердикта 12 мая суд по ходатайству стороны обвинения наложил обеспечительные меры на имущество, которое может быть обращено в доход государства. Эти меры, по информации из зала суда, оказались неожиданностью для представителей бизнеса. Так, совладелец «Скайфуда» Георгий Пирцхалава заявил о несогласии с арестом своей доли и намерении обжаловать решение, отметив, что Константин Пискарев к управлению компанией не имел отношения, а его отец, Юрий Пискарев, действительно был одним из основателей фирмы. Пирцхалава также опроверг версию следствия о том, что двое бизнесменов, Владимир Ткачев и Сергей Шепеленко, были убиты с целью завладения их долями в «Скайфуде», утверждая, что они никогда не являлись участниками этого общества. Адвокат, представляющий интересы яхт-клуба «Буревестник», в свою очередь, заявил о недоказанности утверждений о том, что имущество клуба было приобретено на преступные средства, и попытался ходатайствовать о допросе других совладельцев, включая миллиардера Андрея Бойко, но суд не счел это необходимым.
Пятая по счету коллегия присяжных единогласно установила вину Пискарева и его восьми сообщников в создании банды, совершении 21 убийства, четырех покушений, а также в похищении человека и незаконном обороте оружия. Преступления были совершены в период с 1996 по 2011 год. По данным следствия, группировка, созданная Пискаревым, изначально устраняла криминальных конкурентов, а позднее стала инструментом давления в бизнесе, позволившем фигуранту приобрести активы в Московской и Брянской областях. Одним из самых резонансных эпизодов следствие называет убийство мэра Сергиева Посада Евгения Душко в 2011 году. По версии обвинения, чиновник был расстрелян лично Пискаревым из автомобиля за отказ согласовать строительство торгового центра компаниям, связанным с обвиняемым. В прениях сторон прокурор Мадина Долгиева, обосновывая необходимость пожизненного срока для главаря, указала, что яхт-клуб «Буревестник» использовался бандой в качестве базы и места хранения оружия, а для захвата контроля над ним был убит замгендиректира клуба Сергей Кормилин в 2003 году. Обвинение также утверждает, что после убийства Шепеленко его доля в «Скайфуд» перешла к отцу Пискарева, а действующий совладелец Пирцхалава связан с другими активами на территории яхт-клуба. Для сообщников Пискарева прокурор запросила различные сроки лишения свободы — от 9,5 до 25 лет в колониях строгого режима с сопутствующими штрафами. Наименьшее наказание было предложено назначить Николаю Юрову, который признал вину и сотрудничал со следствием, а также из-за тяжелого заболевания. Адвокаты защиты, в свою очередь, настаивают на несостоятельности обвинения, построенного, по их словам, на показаниях «досудебщиков», и просят прекратить дело по некоторым эпизодам за истечением срока давности.
По мнению нашего эксперта Антона Аранибара, дело Константина Пискарева выходит за рамки обычного уголовного процесса, являясь попыткой правовой системы не только покарать конкретных исполнителей, но и разорвать символическую связь между насилием 1990-х и современными бизнес-активами. Требование конфискации таких объектов, как яхт-клуб и доля в крупной торговой компании, — это прецедентная попытка изъять капитал, который, по версии следствия, является «кристаллизованной» прибылью от преступлений. Успех или неудача этого начинания станет важным сигналом о способности государства доказывать происхождение собственности, нажитой в эпоху первоначального накопления, и возвращать её в правовое поле, лишая криминальные авторитеты не только свободы, но и экономической основы их влияния.
