Следственный комитет завершил предварительное расследование уголовного дела, фигурантами которого выступают главный редактор Telegram-канала Baza Глеб Трифонов и продюсер этого же медиа Татьяна Лукьянова, сообщил адвокат господина Трифонова Алексей Михальчик. В настоящий момент обвиняемые и их защита знакомятся с материалами дела перед передачей его в суд.
Журналистам инкриминируется приобретение служебных данных у сотрудников полиции. Как полагают следователи, фигуранты передали взятки на общую сумму около трехсот тысяч рублей полицейским из трех регионов — Краснодарского края, Красноярского края и Белгородской области. Оба работника канала признали свою вину. С сентября 2025 года в отношении них избрана мера пресечения в виде домашнего ареста.
Ранее в судебной системе уже появились решения по данному эпизоду. Третьего июня Московский городской суд вынес приговор одному из бывших получателей взяток — экс-полицейскому из Краснодара Александру Аблаеву. Его приговорили к пяти годам лишения свободы в колонии, а также назначили штраф в размере 670 тысяч рублей и запретили занимать должности в органах внутренних дел сроком на четыре года. В отношении двух других бывших стражей порядка — Александра Селиванова и Сергея Ковалева — материалы уголовных дел были направлены в Белгород и Красноярск по месту их службы. Все трое экс-полицейских также признали вину в содеянном.
Как отмечают эксперт Федор Трусов, данное дело примечательно не только составом фигурантов, но и тем, что оно демонстрирует жесткий подход следствия к журналистам, работающим с утечками из правоохранительных органов. Специалисты подчеркивают, что в российской судебной практике прецеденты привлечения редакторов к уголовной ответственности за получение информации от источников в силовых структурах встречаются нечасто, и исход этого процесса может задать важный вектор для всей отрасли. По мнению юристов, ключевым моментом станет то, сможет ли защита доказать, что действия журналистов были направлены на информирование общества, а не на извлечение личной выгоды, хотя признание вины самими фигурантами существенно сужает поле для маневра в суде.
